Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

168

            Лиля снова начала плакать.

            — Слушай, это какая-то абракадабра, то, что ты говоришь. Не плачь, бога ради. Пьяный игрок вылез из казино, за ночь спустил несметные деньги, рванул, и мешки безопасности его не спасли… а ты мне про какой-то сон,— Женя погладила Лилю по голове.— Пойди, скажи Гришке, чтоб цветы в вазу поставил.

            Лиля тяжело поднялась с колен, опираясь здоровой рукой о кровать.

            — Вот этого я больше всего и боялась,— грустно сказала она.— Ты такая умная, а простых вещей не понимаешь…

            Лиля просидела до прихода Кирилла — винилась, каялась. Еще несколько раз пересказала сон, потом — проникновенно — сказала Жене:

            — Вот понимаешь, сказано было: возьми свой крест и следуй за мной… Не просто так — возьми крест, и не возьми чужой крест. Свой возьми… А я-то все свой на других перекладывала: всем жаловалась, ото всех принимала помощь и сочувствие. Больше всего — на тебя. Вот, он-то тебе спину и переломил. Вот что получилось. И я теперь так молюсь, чтоб все поправилось. Чтоб ты на ноги встала.

            — Да ладно тебе, Лиль. Я твою книжку тоже читала, там много чего сказано. Там сказано также: носите бремена друг друга. Или я что-то не так поняла?— ударила Женя Лилиным оружием.

            Лиля замахала руками — одной быстро и широко, вторая заметно отставала, но участвовала в жестикуляции…

            Пришел Кирилл, накормил обедом. Ели в кухне, все вместе.

            — Как ты, Женька, готовишь вкусно,— похвалила Лиля.

            — Я? Это Кирилл,— ответила Женя.

            Кирилл улыбнулся — ему теперь немного надо было: одной похвалы…

            Так просидела Лиля до самого вечера, а когда ушла, Женя рассказала Кириллу о Лилиной версии. Кирилл подумал немного, наложил на свои структурные соображения и покачал головой: нет, не думаю. Так не работает.

            В одиннадцать позвонил азербайджанский доктор Ильясов. Тот самый, что приезжал к Жене в Склиф и обещал сделать ей операцию, когда все переломы срастутся. Еще раз он приезжал к ним домой, вскоре после Жениной выписки, но Женя плохо запомнила этот его приезд.

            Он пришел на следующий день. Поразил Женю темным сухим лицом и зеркально-черными глазами. Видно, он и сам был чем-то болен. Он долго мял Женину спину, водил по ней, больно и неожиданно тыкал пальцами, и, когда Женя вскрикнула, он тихо рассмеялся и попросил у Кирилла иголку. Зажег спичку, сунул в игрушечное пламя конец иглы и еще долго чертил и покалывал Женину спину, ноги…

            Потом воткнул иглу в Кириллову записную книжку, которая лежала на столике, заторопился вдруг и сказал, уже направляясь к двери:

            — Во вторник на будущей неделе к девяти утра приезжайте в клинику. Оперировать буду скорей всего в среду. Наркоз будет местный. Готовьтесь к тому, что придется потерпеть. И шестьсот долларов привезете. Остальное — по результату.

            — Есть надежда, что будет ходить?— спросил Кирилл уже в коридоре.

            Ильясов посмотрел на Кирилла как-то подозрительно, с сомнением: стоит ли с ним объясняться? Потом вынул из кармана блокнот и тут же, в прихожей, на ходу стал рисовать Кириллу позвонок, потом присоединил к нему второй — рисовал красиво, с какими-то острыми изгибами,— только не верилось, что эти сложные веретена действительно там, внутри… В маленькие нарисованные отверстия доктор Ильясов ткнул черной ручкой и вывел из них плавные линии — пару спинальных нервов… Потом нарисовал лепешечку, заштриховал ее тонко и ткнул кончиком ручки:

            — Вот. Я думаю, там собралась спинномозговая жидкость, отвердела и давит на нервы. Впечатление такое, что они не атрофированы

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту