Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

172

кучу бело-голубой, твердой даже на вид капусты. От белизны снега стало чуть веселее и вроде светлее.

            Вернулась продавщица. Отпустила капусту тетке впереди девочек, и Дуська вытащила из кармана заветную трубочку, развернула ее — вместо десятки это была картинка с японцем. Она пошарила в кармане, ничего в нем больше не было. Ее охватил ужас.

            — Тетенька! Я деньги потеряла!— закричала она.— По дороге потеряла! Я не нарочно!

            Краснолицая продавщица, одетая, как капуста, во многие одежды, выглянула из своего окошка вниз, посмотрела на Дусю и сказала:

            — Беги домой! Возьми у мамки денег, я тебе без очереди отпущу.

            Но Дуська не отходила.

            — Дырка у меня! Я не нарочно!— ревела она.

            Маленькая Ольга, понимая, что на них свалилось горе, тоже ревела.

            — Иди, поищи, может, на дороге найдешь,— посоветовала темнолицая женщина из очереди.

            — Как же, найдешь,— фыркнул одноглазый старик.

            — Не задерживайтесь, чего зря болтать! Эй, девочка, отойди в сторону!— сказал кто-то третий.

            Две сгорбленные девочки, по-деревенски замотанные платками, пошли в сторону дома, разгребая ногами кучи перемешанных со снегом и сумраком листьев, нагибались и рыли побелевшими пальцами в хрустящих водоворотах. Старшая горестно, по-взрослому, причитала:

            — Горе ты мое! Что теперя с нами будет! Прогонит она нас, и куда мы пойдем!

            Ольга, опустив вниз углы своего треугольного рта, вторила сестре:

            — Куда пойдем…

            Стемнело. Укрывши плечи мешком, они медленно брели к дому. Умненькая Дуся все думала, что бы такое сказать Ипатьевой, чтобы она их не прибила или, хуже того, не прогнала… Украли? Или отняли? Или еще чего? Сказать «потеряла» казалось ей совсем невозможным.

            Ольга всхлипывала. Они подошли к повороту, остановились, собираясь перейти дорогу: деревенская робость перед машинами все еще оставалась в Дусе. Навстречу им несся грузовик, освещая фарами бежавший перед ним раскосый кусок брусчатки. Девочки стояли. Машина, не сбавляя ходу, резко повернула, под фонарем сверкнул бело-голубым сиянием ее груз — высоко вздыбившаяся над бортом капуста. Машина вильнула возле них, рванулась и поехала мимо, сбросив к их ногам два огромных кочана. Они крякнули, стукнувшись о дорогу. Один распался надвое, второй покатился, слегка подпрыгивая, прямо к ногам Ольги.

            Они посмотрели друг на дружку — два светло-голубых изумленных глаза смотрели в другие, точно такие же. Сняли с плеч мешок, которым укрывались, сунули в него цельный кочан и тот, что распался. Дуся не могла взвалить на плечи мешок — был слишком тяжел. Они взялись за углы мешка. Вострая Дуся подложила под него картонку, и они поволокли его…

            Ипатьевой дома не было. Она сидела у подружки Кротовой, плакала, утирая слезы кривым ситцевым лоскутом:

            — Шура, подумай, ведь два раза к ларьку бегала… Пропали, пропали девчоночки мои… Цыгане свели или кто…

            — Да найдутся, кому они нужны-то? Сама подумай!— утешала ее Кротова.

            — Девчоночки-то какие были! Золотые, ласковые… Как же они без меня? А я-то, я-то как без них?— убивалась Ипатьева, комкая промокшую тряпочку.

            А девочки в темноте выложили на стол капусту, сели, не раздеваясь, на стул и ждали…

            Людмила Евгеньевна Улицкая

          Конец сюжета

           

           

           

            Середина декабря. Конец года. Конец сил. Тьма и ветер. В жизни какая-то заминка — все остановилось на плохом месте, как будто колесом в яму буксует. И в голове буксуют две стихотворные строки: «Земную жизнь пройдя до половины, я очутился

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту