Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

126

гэбэшных охранников…

            — Да ладно, пошли, Илья. Ну что ты, Куроедов, уставился?— И Бритоголовый решительно прошел в охраняемую мужичками дверь.

            Куроедов оторопело посмотрел на Бритоголового, потом ахнул и замахал радостно руками:

            — Батюшки! Сам пришел! Сам!

            — Дур-рак!— рявкнул Бритоголовый, и дверь на упругой пружине захлопнулась за ними с гулким стуком…

            Никакого помещения за дверью не было. Огромный амфитеатр, а внизу, в глубине смутно виднелась круглая арена. Оба путешественника стояли у внешнего края, возле прохода, отлого, без ступеней ведущего вниз, к арене. Сначала Бритоголовому показалось, что никаких людей там нет, но потом он различил кое-какую публику — сидели все по одному, реденько, на большом расстоянии друг от друга.

            — Нам, пожалуй, вниз,— не совсем уверенно произнес Иудей, и они спустились довольно глубоко, почти на половину амфитеатра, когда Иудей остановил Бритоголового.— Я думаю, хватит.

            Они свернули в боковой проход, и обнаружилось, что вместо сплошных лавок, как сперва показалось, там стояли массивные каменные тумбы, довольно далеко отстоящие одна от другой.

            — Садись здесь,— предложил Иудей. Бритоголовый сел.

            — Ну что, видно?

            Бритоголовый увидел в центре арены возвышение, а на нем большой матовый шар на отдельном подиуме.

            — Да, шар стеклянный вижу.

            — А попробуй-ка вон туда пересесть,— попросил Иудей, и Бритоголовый пересел в предыдущий ряд и пристроился там на каменной тумбе. Видно было то же, но как сквозь чужие очки, все туманилось, утратив резкость.

            — Отсюда хуже,— моргнул Бритоголовый.

            Иудей удовлетворенно кивнул и предложил ему подняться несколькими рядами выше. Но оттуда виден был лишь белесый туман.

            Вот видишь, доктор, я не ошибся, это и есть самое твое место.— И усадил Бритоголового на его прежнее место.— Вот это и есть то, что доктор прописал.

            — Шуточки твои дурацкие,— фыркнул Бритоголовый.— Ты толком объясни, что здесь за представление…

            Иудей не садился, стоял рядом, положив руку Бритоголовому на плечо:

            — Это и есть твое настоящее место. Теперешнее.

            — А те, кто сидят ниже, видят лучше?— поинтересовался Бритоголовый.

            Они видят не лучше, они — больше. Такая своеобразная аккомодация. Что ты видишь, зависит от места, а уж место зависит от тебя самого. Но это не должно тебя огорчать. Они больше тебя учились,— прозвучало это утешительно.

            — Чему?— коротко поинтересовался Бритоголовый.

            — Вот этому самому — быть самим собой.— Он посмотрел на небо. Даже отсюда, из глубины цирка, было заметно, что восточная сторона неба наливается светом.

            — Ты говоришь иногда нестерпимо банальные вещи,— сморщился Бритоголовый.— Объясни мне лучше, как можно не быть самим собой?

            — Всем надо заново родиться. Заново родить себя… Ну, хватит. Сам разберешься,— он горько вздохнул.— Ну вот, теперь мы с тобой расстаемся.

            — Навсегда?

            — Не знаю. Но мне так не кажется…

            — Слушай,— сбил Бритоголовый дружески-романтический оттенок,— а что мне со всеми этими… ну, с Манекеном, с Хромым, с Толстухой… Я ведь не очень себе представляю, что я могу для них сделать…

            — Знаешь,

 


Фурнитура для кухни

По хорошей цене фурнитура для кухни по вашим рекомендациям.

5kuhni.ru

Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту