Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

83

к окружающим, завидующих, и этой формы душевного уродства не переносила. Она желала быть полноценной.

            Окончив школу, уехала в далекий сибирский город, где объявился хирург, вытягивающий кости с помощью хитроумной машины, им изобретённой. Провела там ужасный год, перенесла целую серию операций, после которых на неё надевали этот самый аппарат для растяжки костной ткани. Беата приезжала, сидела возле неё в самые тяжёлые послеоперационные дни, потом уезжала и приезжала снова. Беата считала, что напрасно Валерия идёт на такие страдания. Напрасно и получилось. Кому-то, кажется, этот аппарат помог, но Валерия вышла после года мучений с сильным ухудшением. Тазобедренный сустав не выдержал растяжки, металлический штырь разрушил сустав, и нога её, прежде укороченная на семь сантиметров, но живая, теперь представляла собой лишь печальную декорацию. Ходила она теперь не с нарядной тростью, а с грубым костылем.

            Вскоре после её возвращения умер отец, они остались теперь вдвоём с Беатой, которая покончила со своей артистической карьерой ещё до войны и с тех пор никогда не работала. Положение их сильно изменилось. Беата хотела возвращаться в Литву, но Валерия её удерживала. Неожиданно для Беаты Валерия взяла как-то жизнь в свои руки, как будто приняла новое решение.

            Больше она не делала попыток исправить ситуацию с помощью медицины. Оформила вторую группу инвалидности, получила первую свою инвалидную машину с ручным управлением и, разъезжая на этой смешной, сильно фыркающей игрушке, окончила институт, а потом и аспирантуру. Беата финансировала — что-то продавала, что-то покупала. Кого-то консультировала. У неё был отменный вкус и чутье делового человека. В те годы это называлось спекуляцией. Валерия же поддерживала её своей молодой энергией, бесконечной добротой и благодарностью.

            С годами Валерия привыкла к своему несчастью, научилась его игнорировать и более всего радовалась, когда могла кому-то помочь. Это для неё значило, что она полноценный человек. Так оно и было. В доме, ещё не разделённом между последующими мужьями, всегда толпилась молодёжь, и Беата только удивлялась, как это бедная Валерия сумела образовать вокруг себя такое шумное веселье. Друзья совершенно забывали о физическом недостатке Валерии. Чужие, но воспитанные люди делали вид, что всё в порядке, люди попроще жалели её, и именно сочетание красоты с физическим недостатком делало её ещё заметнее.

            У неё бывали тяжёлые минуты, часы, дни. Но она умела бороться с тем, что называют плохим настроением. Совсем ещё девочкой, лежа месяцами на спине, в неподвижности, с непрекращающимся мучительным зудом под гипсовым панцирем, она научилась молиться. И молитва постепенно стала ровным и неизменным фоном — что бы ни делала она, далеко не отрывалась от постоянной, совершенно односторонней беседы, которую вела с Господом о вещах, которые никак не могли бы Его заинтересовать. И потому всегда добавляла: прости, что я к Тебе с полной ерундой. Но к кому же мне, как не к Тебе?

            Почему-то помогало.

            На втором курсе она вышла замуж за своего сокурсника, молодого человека из провинции. Он учился на художественно-графическом

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту