Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

110

возле двери.

            — Да я пойду.

            — Я попрошу вас открыть. Он же забит гвоздями.

            — Хорошо, хорошо,— согласился Шурик. Светлана эта была какая-то странная. Шурик снял сандалии. Поставил их на скамеечку рядом с туфлями хозяйки.

            — Нет, нет,— испугалась она.— Поставьте на пол.

            — А посылку куда?

            Она призадумалась. Большой, не по размеру комнаты стол, был завален цветной бумагой и лоскутами ткани. Шурик хотел было поставить ящик на стол, но она сделала запрещающий жест и принесла табурет. Шурик поставил на него ящик.

            — У меня в Крыму совершенно сумасшедший родственник. Моего дедушки двоюродный брат. Он мне иногда присылает фрукты. Наверное, испортились. Эта почтовая тётка на меня так кричала. Ужас.

            Вытащила из-под кровати деревянный ящичек, пошарила там и протянула Шурику старинного вида молоток с гвоздодером на ручке:

            — Вот. Молоток.

            Шурик легко выдернул гвозди, снял крышку. Фруктами, тем более гнилыми, там и не пахло. Нечто завёрнутое в бумагу и монолитное.

            — Ну, вынимайте же,— заторопила девица.

            Шурик вынул этот монолит и развернул. Это был камень или нечто давно окаменевшее, довольно правильной формы, с волнистой поверхностью.

            — Письма нет?— она указала на ящик.

            Шурик пошарил в ящике и вытащил записку. Девица взяла её, долго читала, перевернула, рассмотрела бумагу со всех сторон. Потом хихикнула и протянула её Шурику.

           

            «Дорогая Светочка! Мы с тётей Ларисой поздравляем тебя с днём рождения и посылаем палеонтологическую редкость — зуб мамонта. Он раньше был в местном краеведческом музее, но теперь его закрыли и передают экспонаты в Керчь, а там у них и своего добра много. Желаем тебе крепкого здоровья, как у того мамонта, и ждём тебя в гости.

            Дядя Миша».

           

            Пока Шурик читал, она сняла со стола палеонтологическую ценность, неловко повернула его и уронила. Прямо Шурику на ногу. Шурик взвыл и подпрыгнул. Все боли, которые ему приходилось испытывать до этого момента,— ушная, зубная, все мальчишеские травмы от драк, и ужасный нарыв, образовавшийся на месте прокола ржавым гвоздём, и от рыболовного крючка, вцепившегося в мякоть большого пальца,— в сравнение не шли с этим глухим ударом по нежной границе, где начинает расти ноготь. В глазах вспыхнул яркий свет — и погас. Перехватило дыхание. Через мгновение потекли слёзы — сами собой. Он опустился на край тахты. Ощущение было такое, что ему отрубили пальцы.

            Светлана ахнула и кинулась к резной аптечке, вытащила из неё всё, что там находилось,— дрожащими пальцами разложила на столе. Нашатырный спирт, закупоренный тонким металлическим колпачком, долго не открывался. Она неловко содрала крышечку, пролив половину. Запахло сильно и успокаивающе. Шурик продохнул. Потом налила в рюмочку успокоительно-пахучие капли и выпила одним махом.

            — Только не волнуйтесь, только не волнуйтесь… Просто кошмар какой-то — стоит человеку ко мне приблизиться, тут же что-то случается…— бормотала она.— Это всё я, всё я виновата… Проклятый мамонт… Это всё дура тётя Лариса…

            Она присела на корточки перед Шуриком, сняла с ноги носок. Он сидел, как

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту