Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

113

он постоянно жаловался и предрекал новую революцию…

            Шурик выложил на стол продукты из Олимпийского буфета — заграничный плавленый сыр, затейливые булочки, сок в картонках и коробку мармелада. Старик посмотрел недовольно:

            — Зачем ты тратишь лишние деньги, я всё люблю самое простое…

            — Михаил Абрамович, честно говоря, я всё купил в буфете. В магазин просто не успеваю.

            — Ладно, ладно,— простил его Михаил Абрамович.— Если в следующий раз ты зайдёшь и меня не застанешь, одно из двух: или я уже умер, или я пошёл сдаваться в больницу. Решил, что пойду в районную, как все советские люди ходят…. И Вере Александровне мой сердечный привет. Я, честно скажу, очень по ней скучаю…

            Страдающий бессонницей Мармелад долго не отпускал от себя Шурика, и только в половине второго Шурику удалось рухнуть на свою кушетку.

           

           

           

глава 39

           

            Всё было учтено и рассчитано, но ночью раздался телефонный звонок: Матильда Петровна звонила из Вышнего Волочка. У неё образовалось срочное дело. Она жила теперь в деревне безвыездно по полгода. Деревенская жизнь затягивала, огородные грядки и сад увлекали её больше, чем прежняя художничья работа. Всё чаще смотрела она на старую грушу или на валун у околицы деревни с чувством, похожим на вину: с чего это она, по какому праву извела столько древесины и красивого камня на свои скульптурные упражнения? Теперь она всё больше любовалась простой деревенской красотой, для чего посадила мальвы и развела кур. С завистью поглядывала на соседскую козу, розовато-серую, с дымчатым рогом. Красавица коза, взять, что ли, от неё козлёнка… Наняла работяг поправить старый колодец.

            Ходила в старой длинной юбке, босиком, как деревенские тётки давно уже не ходили. Они посмеивались: ты что, Мотя, как нищая ходишь?

            И звали её в деревне не Матильдой Павловной, а Мотей, как мать назвала.

            В тот год колхоз стал с ней судиться: дом-то она унаследовала по закону, но земля, на которой он стоял, была колхозная, и теперь хотели отрезать приусадебный участок. Подали в суд, умные люди ей присоветовали, что землю она может откупить под дачу. И ей срочно понадобилась справка, что она состоит членом Союза художников и имеет какие-то дополнительные против обычных граждан права на покупку земли. Всё это была глупость, но глупость государственная, общепринятая, и поразить эту глупость можно было только такой же глупостью, вроде этой справки. Матильда позвонила в МОСХ, договорилась, что справку ей сделают, но секретарша, у которой лежала справка, уезжала в отпуск на юг, и Матильда, просидев ночь на переговорной станции, дождалась, покуда починили оборванный где-то провод и соединили её с Москвой и просила теперь Шурика срочно, не позднее сегодняшнего вечера, заехать к секретарше на работу или домой и забрать эту справку… Суд был назначен на послезавтра, так что завтра необходимо доставить как-то эту справку в Вышний Волочок.

            — Сделаю, сделаю, Матильда, не беспокойся!— пообещал Шурик.

            Но Матильда уже и не беспокоилась: она дозвонилась до него, а он был дружочек настоящий, никогда не подводил. Матильда спросила про мать, про Валерию,

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту