Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

120

  Вера погладила её по волосам — они были приятно маслянисты на ощупь.

            — Каждый может сломать.

            — У меня часто так случается,— и вздохнула.

            — У меня тоже случается,— успокоила её Вера.— Хочешь, я тебе поиграю?

            Когда они вошли в комнату, ёлка сразу приковала внимание девочки, и только теперь она заметила пианино.

            — Какое голое пианино, без простынки…— произнесла девочка, погладив лакированное дерево.

            — Что ты имеешь в виду?— удивилась Вера.

            — У моей учительницы Марины Николавны — простынка лежит с кружевами,— объяснила Мария.

            Вера усадила Марию в кресло Елизаветы Ивановны и заиграла. Из Шуберта. Сначала девочка слушала очень внимательно, но неожиданно подбежала и хватила по клавиатуре кулачком. Рыкнули басы. Мария завертелась волчком и завизжала:

            — Не надо так! Не надо! Нельзя так!

            Вера оторопела: что за странная реакция!

            — Деточка! Что случилось? В чем дело?

            Мария вспрыгнула в кресло, комочком вжалась в него. Замерла. Вера осторожно коснулась её плеча. Несколько минут поглаживала её узкую спинку. Потом девочка вывернулась головой из клубка, как змея. Глаза были огромные, чёрные — как будто одни зрачки без радужки, и влажные:

            — Прости меня. Я так разозлилась, потому что у меня ничего не получается. А у тебя получается…

            — Что не получается, деточка моя?— изумилась Вера.

            — Играть у меня не получается.

            Вера взяла её на руки, села в кресло, усадила её рядом с собой: в просторном кресле Елизаветы Ивановны им двоим хватало места с избытком.

            «Какая сложная судьба у матери, у девочки! Какая эмоциональность, тонкость, привлекательная грация, этот редкостный цвет кожи — что-то из колониальных романов!— скорее чувствовала, чем размышляла Вера.— Необыкновенный, исключительный ребёнок!»

            — У меня тоже очень многое не получается. Знаешь, сколько приходится заниматься, чтобы получилось,— утешила Марию Вера.

            — Да, я целый год хожу к Марине Николавне, и всё равно ничего не получается.

            — Давай, ты выберешь себе ещё одну игрушку с ёлки!— предложила Вера.

            Мария соскочила на пол, запрыгала, завертелась, казалось, что количеств рук и ног у неё удвоилось, и Вера снова восхитилась заряду эмоций в столь малом теле.

            Вошли Шурик со Стовбой.

            — Давай собираться, Мария,— обратилась Стовба к дочери. И добавила: — У нас гостиница где-то во Владыкино, далеко добираться.

            Вера Александровна немедленно предложила остаться ночевать: зачем тащить ребёнка через весь город в паршивую гостиницу, когда они могут чудесно переночевать в комнате Елизаветы Ивановны?

            — С ёлкой?— обрадовалась Мария.

            — Конечно, вот здесь мы вам и постелим…

            Наутро Стовба, по предложению Веры Александровны, поехала в гостиницу одна, оставив дочку у Корнов, забрала веши и до конца недели бегала по разным учреждениям: кроме разводных дел были ещё и служебные.

            Вера Александровна гуляла с Марией, отвела её по какому-то внутреннему порыву в Музей восточных культур и показала Красную площадь. Вере были удивительно приятны эти прогулки: она радовалась вместе с Марией и смотрела

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту