Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

129

что он сразу же понял, какое именно лекарство ей нужно. Вынутая из свитерочка, шарфика и маечек, она оказалось ещё более жалостной в своей голубоватой гусиной коже, трогательно безгрудая, с белёсыми куриными перышками между ног…

            Впрочем, кальцекс он не забыл положить на стол. Выполнив лечебную процедуру, он ещё сходил в аптеку за полосканием и принёс ей три лимона из прекрасного гастронома на площади Восстания. И не забыл купить там же, в отделе кулинарии, печёночный паштет для мамы. Вера его очень любила. И ещё он узнал этим утром, что Светлана ест лимоны с кожурой, любит хорошо заваренный цейлонский чай, антибиотиков вообще не принимает, а при ангине принимает исключительно кальцекс.

            «Он совсем другой, он не подлец, как Серёжка Гнездовский, и не предатель, как Асламазян, он никогда бы со мной так не обошёлся… Он другой…— думала она и шептала: другой, другой…»

            Вечером пришёл к Светлане Жучилин — навестил пациентку по-приятельски. Она заварила ему крепкий цейлонский чай,— которого на самом деле никогда не пила,— поставила на стол вазочку с вареньем, печенье и тонкими ломтиками нарезанный лимон. Горло её было завязано шарфиком.

            — Вторая ангина подряд,— пожаловалась Светлана. Она была расслаблена, никакого напряжения. Глазки сияли…

            — Ну, как сон?— спросил доктор.

            — Совершенно наладился,— ответила Светлана. «Великая сила плацебо»,— радовался Жучилин. Он дал Светлане в прошлый раз вместо снотворного таблетки глюконата кальция. Светлана, впрочем, их не принимала.

            А может, здесь сыграли свою роль ангины? Занятно всё-таки. Это почти правило: соматические заболевания в каком-то смысле разгружают психику. И вспомнил ещё один недавний случай, когда, заболев тяжёлым гриппом, один из его пациентов замечательно вышел из глубокой депрессии…

            В тот вечер все были собой довольны: Светлана, заполучившая, как ей казалось, мужчину, выгодно отличавшегося от тех подонков, которые встречались в её жизни прежде, доктор Жучилин, уверенный, что в очередной раз вывел пациентку из опасного состояния, и Шурик, которому удалось порадовать маму печёночным паштетом. И девушке Светлане он принёс лекарства и оказал половое уважение, на которое она так трогательно напрашивалась…

            Шурик не умел строить планы дальше сегодняшнего вечера. Предчувствия и прогнозы были исключительно в Верочкином ведении, бабушки, которая была всех их проницательней, давно уже не было, и ему, бедняге, даже в голову не пришло, какой крест он на себя взваливает, подавая незамысловатое утешение невзрачной нервной девушке.

           

           

           

глава 42

           

            Выйдя из Светланиного подъезда, Шурик тут же и выбросил это мелкое приключение из головы. Печальнейшая асимметрия человеческих отношений: пока Светлана бессчётно проигрывала весь сеанс Шурикова посещения от первой минуты до последней, как будто намереваясь навеки закрепить в памяти все его движения, дать каждому произнесённому слову многообразные толкования, заспиртовать это свидание навек, Шурик продолжал жить в мире, в котором она полностью отсутствовала.

            Светлана четыре дня не выходила из дому: ждала Шурикова звонка. При

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту