Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

144

доме, когда отсутствовала Ирина Владимировна, велось скромное. При виде всей это роскоши у Шурика открылся вдруг невиданный аппетит, и он ел безостановочно три часа, отрываясь только на то, чтобы выпить. Тамада молол несусветную чушь, но его никто не слышал, потому что перекричать стоголосый галдёж не мог даже этот тренированный на проведении больших праздников матёрый профессионал разговорного жанра. Оркестр, как ни старался, тоже не мог победить свадебного гула. К концу третьего часа Шурик почувствовал, что несколько переел. Начались танцы, принимать участие в которых он уже не мог.

            Однако пришлось. Милая Аллочка в длинном удачном платье, подчёркивающем её всё ещё исключительно узкую талию и совершенно скрывающем проклюнувшийся животик и необъятный зад, подвела к Шурику маленькую девочку, свою двоюродную сестру Жанну, которая оказалась вполне взрослой карлицей, очень миловидной и при ближайшем рассмотрении не вполне даже и молодой.

            — Жанночка очень любит танцевать, но стесняется,— простодушно представила Алла свою нестандартную родственницу. Шурик обречённо выполз из-за стола.

            Вся Жанна кончалась чуть выше его брючного ремня. Она определённо была меньше, чем крупная первоклассница Мария. Танцевала же она очень лихо. Шурик едва за ней поспевал, а когда непротанцовывался, то подхватывал её на руки, и она хохотала детским голосишком.

            Свадьба шла на убыль. Уже собирали со столов привезённые из дому вазочки и миски. Жанна крутилась вокруг него, как заводная, Шурику же было необходимо немедленно выйти. Он решил тихонько улизнуть, не прощаясь с новобрачными — надо было в уборную. С животом был явный непорядок.

            «Теперь — в гардероб»,— скомандовал себе Шурик. Но на выходе из уборной его поджидала Жанна — в шубе и в кукольной шляпке.

            — Вы на метро?— спросила она.

            — Да,— правдиво ответил Шурик.

            — И мне на метро. До «Белорусской».

            Шурик преждевременно обрадовался: по пути.

            На станции «Белорусская» оказалось, что Жанна едет в Немчиновку, на электричке.

            — Родители живут в Москве, а я предпочитаю круглый год жить на даче. Они всегда беспокоятся, как я вечерами добираюсь. Но ведь вы меня проводите?

            С тех пор как в доме появилась Мария, мама меньше беспокоилась о Шурике. Но он помнил, что не успел ей позвонить.

            — До Немчиновки всего двадцать минут,— жалобно произнесла Жанна, почувствовав заминку.

            Она щебетала всю дорогу нервно и тоненько. Говорила что-то о музыке, и Шурик понял, что она музыкант.

            — На каком же инструменте вы играете?— проявил он наконец интерес к её щебетанию.

            — На всех!— засмеялась она, и в её смехе звучали вызов и двусмысленность.

            Вышли на платформу. Было холодно, земля была окаменелой от мороза, но снег ещё не лёг, хотя сверху падала колючая крошка. Дом был совсем близко от станции. Шурик остановился у калитки, намереваясь попрощаться и ехать обратно. Жанна засмеялась хитрым смехом:

            — А следующая электричка в половине шестого… Вам придётся переночевать у меня.

            Шурик мрачно промолчал.

            — Вы не пожалеете,— многозначительно пообещала малютка.

            Сильно

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту