Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

169

обеих сторон…

            Лена шепталась с Верой Александровной: теперь уже не Шурику, а именно ей рассказывала Лена о всех продвижениях навстречу Энрике. Рассказала об окончании нелепой истории, разыгравшейся в Польше. Встреча её с Яном, братом Энрике, произошла в Варшаве. Оба они попали туда впервые, но у Яна было множество никогда не виданных им родственников, а у Лены — ровным счётом никого. Всю первую неделю он был занят, пьянствовал с обретённой родней. Лена сидела в убогой гостинице, ждала его с утра до вечера, пока, наконец, он, чуть выкарабкавшись из запоя, не заехал за ней и не отвёз в американское посольство — жениться.

            Оба пребывали в полной уверенности, что им предстоит простая и быстрая формальность. Так бы оно и было, будь Стовба гражданкой Польши; Яну было предложено получить визу в Россию и заключить брак с гражданкой Советского Союза в соответствии с советскими законами. Это была опять отсрочка, проволочка, но, в конце концов, не отказ. Стовба уехала, а Ян остался в Варшаве ждать советской визы. Он ждал её полтора месяца. Энрике дважды высылал ему деньги, уже присматривал в Майами квартиру побольше. Ян в эти шесть недель времени не терял — влюбился до беспамятства в прекрасную полячку и к моменту, когда пришла советская виза, был уже обвенчан в костеле и оформлен в американском посольстве в качестве мужа совсем другой женщины, а вовсе не ожидающей его приезда Лены Стовбы. Энрике поссорился с братом на всю жизнь, но дела это не меняло.

            Вера слушала, замирая всей своей театральной душой,— всё было необыкновенно, рискованно, восхитительно. Теперь уже роняла слёзы Вера. Любовь, как долгоиграющая пластинка судьбы… И у неё так же было… Годы, потраченные на ожидание… Бедная девочка… Бедный Мурзик…

            Вера проводила параллели между своей собственной неудачной женской биографией и Лениной, пыталась провести тонкую мысль о роковом отсутствии гибкости, о других возможностях, которые открыты перед молодой женщиной с её внешностью и характером, о том, что, быть может, есть на свете другой мужчина, который мог бы заменить… И так далее…

            У Стовбы злело лицо и скучнели глаза — она читала мысли Веры Александровны, и своё собственное романтическое несчастье она предпочитала всякому другому варианту. Точно так же, как некогда и сама Вера… Нет, никакого другого мужчины в её жизни не было!

            Гипотетическому другому мужчине, на которого намекала Вера, она тоже время от времени говорила, что положение неопределённое, она стареет, ей хотелось бы видеть его женатым, и о девочке надо подумать.

            Послушный Шурик, дыбясь всей своей шкурой, отшучивался:

            — Веруся, я уже один раз пробовал, пришлось развестись…

            Вера спохватывалась: далеко зашла.

            Но важным было на самом деле другое: время от времени Стовба заводила разговор о том, что хочет забрать Марию в Ростов. Этого допустить было никак нельзя, и Вера экстренно принялась за устройство большой судьбы для Мурзика.

            Никто, конечно, и представить себе не мог, скольких трудов стоило бывшей скромной бухгалтерше из театрального вспомогательного персонала организовать солидный звонок в балетное училище к самой

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту