Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

176

цветами — Валерия хранила благообразную пристойность дома.

            С послеоперационного времени Валерия держала двух прислуг: утреннюю — Надюшу, пожилую женщину, бывшую дворничиху, приносившую простые продукты и помогавшую с туалетом, и вечернюю — Маргариту Алексеевну, медсестру, вызываемую по необходимости. Шурик, благодаря ловкому дирижированию, ни разу не встретился ни с одной из них: Валерии было важно, чтоб он считал её самостоятельной… Но при этом ей хотелось, чтобы он всё-таки нёс ответственность, понимал, как она от него зависит…

            А на самом деле — и не так уж она от него зависела! Самостоятельность определяется исключительно деньгами, которые она зарабатывала,— уверилась Валерия и работала много, быстро и с удовольствием. В то время как Шурик расширял поле деятельности за счёт освоения технического перевода, Валерия, умевшая с помощью телефонной трубки совершать чудеса общения с самыми разными людьми — от заведующей продовольственным магазином до секретаря редакции — почти монополизировала женские журналы по части переводов с польского статей о моде, косметике и прочей дамской красоте жизни.

            Широкая и безалаберная, потерявшая так или иначе почти всё семейное наследство, она решительно поменяла своё отношение к деньгам: прежде она понимала их как эквивалент удовольствий, которые могла себе позволить, теперь — как гарантию независимости. И, в первую очередь, от Шурика. Он занимал огромное место в её жизни, но, в сущности, не занимал, а заменял того идеального, воображаемого мужчину, которого она была достойна, но который в жизни её не случился.

            Талант переводчика, интуитивное умение выбрать точное слово и поставить его в правильное место, был лишь частью главного дарования Валерии — безошибочно размещать вокруг себя все элементы жизни: и людей, и предметы…

            Ходить в обыкновенном смысле она не могла уже давно, но, опираясь на спинку подставленного кресла, на костыли, она подтягивалась на своих мощных руках и передвигалась, волоча за собой бесчувственные ноги, и преодолевала несколько метров до туалета. Наступил момент, когда ослабели руки, и она уже больше не могла оторвать от постели отяжелевшего тела, и тогда ей пришлось предпринять переустройство мира: она сделала полную перестановку. Руками Шурика, конечно.

            Теперь она лежала в окружении трёх столов: справа туалетный, с кремами и лаками, примочками и лекарствами, слева придвинутый вплотную к кровати письменный стол с пишущей машинкой, переводами, словарями, но также вязаньем, пасьянсными картами и телефоном, а на самой кровати, прямо над животом, располагался третий стол — лёгкий, складной, ею самой придуманный, сконструированный и выполненный на заказ смекалистым столяром. Возле туалетного столика стояла тем же столяром сработанная этажерка с дверками внизу, куда поместились унизительные предметы ежедневной необходимости.

            В замкнутом комнатном существовании время делалось текучим и аморфным, день легко превращался в ночь, завтрак — в ужин, и Валерия старалась отбивать бесформенное время, как только возможно: принудительно-строгим режимом, телефонными звонками в заведённое время, радионовостями,

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту