Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

189

и все двинулись за ним в следующую палату…

            А вокруг Валерии сразу же забила ключом больничная жизнь: пришла из лаборатории девушка, взяла у неё кровь из пальца и из вены, оставила бутылочку для мочи. Потом повезли на кресле в рентгеновский кабинет, сделали снимки тазобедренных суставов, смотрели все органы, куда только могли достать, и Валерии было очень приятно это врачебное внимание. В руках у неё была косметичка, а в ней заграничные шоколадки и подарочная косметика, и она дарила эти мелочи врачам и сестрам, и все искренне радовались и улыбались, а она хвалила себя, что заранее запасла целую кучу сувениров и теперь выгладит как человек, а не как бедная родственница. К тому же произошла приятная неожиданность: на одном из кабинетов было написано «И.М.Миронайте», и действительно, эта самая врач оказалась родом из Вильно и даже состояла в отдалённом родстве с покойной Беатой, и они тут же уговорились, что Инга Михайловна Миронайте зайдёт к ней в палату, и они обменяются воспоминаниями давних лет… Всё здесь, в больнице, складывалось удачно, все были приветливы и внимательны…

            Ужин принесли в палату: жареная рыба и картофельное пюре. Рыбу Валерия съела, пюре не стала. Чай был никудышный, и она решила дождаться Шурика, он бы вскипятил воду кипятильником, заварил хороший чай со слонами…

            Вскоре пришла медсестра Нонна, тоже милая девушка, с красиво уложенными волосами, и Валерия сразу решила, что подарит ей замечательную французскую заколку для волос. Нонна принесла штатив — ставить капельницу. Она была опытная сестра, ловко попала в вену, открыла вентиль и вышла, сказав, что скоро вернётся. Капли редко падали вниз, и Валерия сначала их считала, потом задремала. Шурик обещал прийти к восьми, и должен был вот-вот появиться. Задержала его минеральная вода — Валерия пила только «Боржоми», но на «Белорусской» в магазинах воды не было, и пришлось ехать в центр. В четверть девятого он с двумя бутылками «Боржоми» поднимался по парадной больничной лестнице, прыгая через ступени. Он добежал до палаты…

            В это мгновение Валерия очнулась от приятного полусна, распахнула глаза и произнесла в недоумении:

            — Ой, я куда-то уплываю…

            Шурик открыл дверь именно в этот момент, и ему показалось, что Валерия ему что-то говорит.

            — Привет, Лерик!— бодро произнёс Шурик, но Валерия ему ничего не ответила. Она смотрела в его сторону расширенными глазами, а малиново-розовые губы сложены были небольшой буквой «О». Он так никогда и не узнал, видела она его в последнюю свою минуту или увидела что-то иное, гораздо более удивительное…

           

           

           

глава 57

           

            Откуда-то появились трое литовцев — две безвозрастные, но по-деревенски румяные женщины и розовый тонкокожий старичок с пластмассовыми зубами.

            Пришли, когда Шурик сидел один в комнате Валерии, через двое суток после её смерти, тупо смотрел на её прикроватный столик, уставленный флакончиками разноцветного лака и тюбиками с кремами, и ждал подругу Валерии Соню по прозвищу Чингисхан, чтобы найти один документ, без которого похороны стали бы ещё более сложными: это была бумага из кладбищенской конторы на владение

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту