Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

207

подклеенными плёнкой ручками, а Лиля пыталась подцепить её сбоку, что-то щебеча о своей сумасшедшей соседке Туське, которая заставила её тащить эту дурацкую коробку из Иерусалима в Париж, из Парижа в Москву, и слава Богу, хоть в Токио не надо её тащить, какая это глупость, что согласилась, но у соседки сын погиб в армии, единственный сын, и она немного помешалась, сидит, вяжет и распускает, как Пенелопа, и смотреть на неё горестно, а ручки оторвались ещё в Лоте, в аэропорту Бен Гурион, и она с этой коробкой ещё там горя хлебнула.

            Они уселись в машину, но как-то нескладно — Лиля с коробкой на заднее сиденье, а Шурик — рядом с водителем, и всю дорогу, обернувшись к Лиле, он смотрел на неё, и что-то в её внешности ему мешало, но он не мог определить. Было одно какое-то неправильное изменение.

            По дороге решено было, что прежде чем ехать в гостиницу «Центральная», где забронирован был для Лили номер, заедут к Шурику: Вера Александровна выразила желание повидать Лилю Ласкину.

            Лиля кивнула:

            — Да, да, только недолго. Мне хочется в наш дом, во двор зайти, погулять по центру, и коробку эту проклятую я обещала отвезти Туськиной матери.

            Подъехали к Шурикову дому,— машину решили не отпускать, с вещами вверх-вниз не таскаться. Выскочили из такси, понеслись, схватившись за руки, в подъезд. Странное у Шурика возникло чувство: надо торопиться, чтобы успеть за эти отведённые им сутки наверстать всё за двенадцать лет упущенное.

            Светлана с четвёртого этажа напротив стоящего дома наблюдала, как пробежали к подъезду Шурик и девочка в длинной юбке с негритянской головой. Девочка бежала, по-балетному подпрыгивая, и Светлана сначала подумала, что вернулась Мария, но тут же сообразила, что Мария выше этой пигалицы. Значит, опять у него новая женщина. Ещё одна женщина.

            Обвал, облом, полная катастрофа. И дело, конечно, не во вчерашней вульгарной тётке с намалёванными чёрным бровями. У него просто-напросто двойная жизнь, и все усилия, многолетние усилия, потраченные на него; оказывались совершенно напрасными, как вся её жизнь напрасна, и как глупо было цепляться за этот призрак мужчины. Но Светлана ничего не бросала на половине. Она спустилась пешком с четвёртого этажа, не спеша подошла к таксисту, всё ещё стоявшему возле Шурикова подъезда:

            — Не отвезёте ли меня…

            Таксист, не отрываясь от газеты, буркнул:

            — Нет, я занят. Мне отсюда ещё в гостиницу «Центральная» ехать…

            Светлана даже не удивилась, что шофёр ответил на вопрос, который она не задавала. Она постояла немного, подумала и поехала к гостинице «Центральная».

           

           

           

глава 60

           

            По улице Горького они спустились к Манежу, прошли мимо университета, но внутрь не зашли, только потолкались в университетском дворе, в тени тополей и Ломоносова, в гуще студентов. Лиля подняла голову, посмотрела в небо и сказала:

            — Господи, какая чудесная погода! Я иногда скучала по зиме, но совсем забыла, как хорошо здесь осенью. Такое хорошее тепло, это как температура тела, да, парного молока, незаметно и в самый раз. У нас то жарко, то холодно, а вот такой изумительной температуры

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту