Людмила Евгеньевна Улицкая
(23.02.1943 — н.в.)
Сборники рассказов

138

четвертый: Аэлита из Риги, Эмма из Саратова, Алиса из Волхова и Алина из Таллина… Сидит в барах ночами, выпивает с девушками понемногу, болтает о том о сем. С вечера алказельцер, утром алказельцер. Записывает вчерашние разговоры. Встречается с девочками, гуляет — то есть сидит с ними в приличных кафе, угощает их на Мишелевы деньги — телевидение оплачивает счета — пирожными и разговаривает, разговаривает. Им нравится о себе рассказывать. А Женин навык ученого заставляет ее анализировать их бесхитростные лживые рассказы, и она выстраивает типовую конструкцию…

            Мишель появлялся только по вечерам. Он все-таки хотя и очень милый, но странный. Вдруг притащил ей из гардероба своей жены Эсперансы целую кучу платьев, бросил Жене на постель:

            — Это проклятое барахло никому не нужно! Здесь целое состояние прокручено! Бедная мартышка…

            И заплакал. Женя опять ни о чем не спросила. В другой раз пришел с Женей в бар, на работу, сидел мрачный, потом куда-то делся на три часа и пришел к самому закрытию — все лицо в каких-то сажевых разводах… И глаза опять сияют голубизной… Никогда Женя такого не видела — чтобы цвет глаз два раза в неделю менялся… Провожал домой и всю дорогу радовался, как щенок.

            «Неврастеник — такие резкие перепады настроения»,— подумала Женя.

            Подошли к двери пансиона, он говорит:

            — Если хочешь, я у тебя останусь. Ну?

            Женя засмеялась:

            — Мишель, ты мне почти в сыновья годишься…

            — Это не имеет никакого значения… Скажи «да», и я останусь…

            — Нет. Иди спать… Ты устал…

            — Ну нет… Я пойду спать к Тамар… Или к Аэлите…

            Наконец, рабочая встреча: продюсер Лео с портфелем, Мишель в ореоле умопомрачительных духов, Женя с десятком листков, исписанных мелким почерком.

            — У меня есть семь персонажей,— начала Женя,— семь подлинных историй, за достоверность которых я не ручаюсь, но, скажем, семь приблизительно подлинных историй. И есть одна сверхистория. Это и есть тот ключ, которого тебе, Мишель, не хватало. Дело в том, что первоначально все девушки рассказывают одну и ту же вымышленную историю, в которой фигурирует хорошая мать, хороший отец — в пяти случаях девочки изображают отца в виде капитана в белом кителе. Далее — смерть отца, злой отчим, изнасилование в отрочестве — обычно именно отчимом, побег из дому, встреча с возлюбленным, несостоявшаяся из-за неожиданной смерти жениха свадьба…

            Мишель пытается задать вопрос, но Женя останавливает его жестом: погоди, сначала я изложу… Он от нетерпения просто подскакивает на стуле…

            — После смерти жениха возникает друг жениха, который помогает уехать за границу. Он оказывается негодяем, толкает девушку на путь профессиональной проституции. Но теперь как раз она встретила замечательного человека — в среднем, этот новый жених банкир, но иногда владелец собственного бизнеса,— и они скоро поженятся…

            Вероятно, все они прочитали одну и ту же книжку или посмотрели какой-то фильм, который произвел на них впечатление. Ты, Мишель, совершенно прав, мы имеем дело с очень инфантильным человеческим типом, в котором действительно много трогательного… И последнее, что я могу сказать: все или почти все девочки упоминали о Люде из Москвы. Она какая-то местная героиня. И мифологический

 


Фотогалерея

img 18
img 17
img 16
img 15
img 14

Статьи















Читать также

Современная проза
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

Поиск
Поиск по книгам:


ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту